19 сентября 2017 20:04   15°   $57.62 €68.75

18.09.2015 20:05

Чебоксарские адреса.Выпуск 18.09.2015

Как театр начинается с вешалки, так в советское время для председателей колхозов Чувашии Дом Правительства начинался с буфета. В те годы он размещался на первом этаже прямо напротив входа и притягивал к себе многих.

По словам кандидата исторических наук, почетного архивиста России Владимира Ткаченко, ритуал был таким: председатель колхоза обычно заходил в буфет, принимал на грудь энное количество водки, шел на ковер, получал соответствующий выговор, спускался вниз, принимал очередную порцию алкоголя, садился в свой ГАЗик и ехал выполнять задание.

У председателей колхозов посещение буфета даже вошло в традицию. Вообще у многих жителей республики с этим зданием связаны свои истории, потому что не было в Чувашии руководителя, которому бы не приходилось подниматься по этим лестницам, сидеть на совещаниях, получать разносы в кабинетах. А сейчас здесь тихо и пусто — дом правительства закрыт на реконструкцию. Но на протяжении 70 лет именно в этом здании принимались все важные государственные решения.

«Для меня это здание до сих пор остается мозгом жизни всей нашей республики с момента, как его построили, до того, пока правительство там работало», - говорит Николай Зайцев, возглавлявший Совет министров Чувашской АССР с 1989 по 1992 годы.

Дом Правительства Чувашии мог бы выглядеть совсем по-другому: еще более величественным и даже помпезным. Изначально архитекторы проектировали не столько Дом советов, сколько дворец, напоминающий Казанский Собор в Петербурге или даже Собор Святого Петра в Ватикане. Стеклянный купол, закругленные крылья, колонны, статуи. Облицевать это здание предполагалось мрамором и гранитом.

«Изначально было запланировано строение объемом 95 тысяч кубических метров, - рассказывает Владимир Ткаченко, - и хотя через год объем сократили на 10 тысяч метров, но современное здание ровно вполовину меньше того, что было первоначально задумано».

Это было начало 30-ых. Молодую Чувашскую республику этим зданием премировали за небывалые успехи в хозяйственном строительстве и борьбе с бездорожьем. Обком партии, наркоматы тогда размещались в бывших купеческих особняках по всему городу, и время требовало объединить их под одной крышей, а те дома отдать под другие нужды. 10 лет назад Чебоксары стали столицей, появились новые ведомства, организации, начало стремительно расти число жителей, а зданий — не то что каменных, даже деревянных — катастрофически не хватало. На создание проекта Дома советов Москва объявила конкурс среди архитекторов. И победил в нем проект двух однокурсников Московского высшего художественно-технического института — Ильи Аввакумова и Василия Симбирцева. Первый — родом из Чувашии, второй - из Санкт-Петербурга. Аввакумову потом доведется работать главным архитектором Оренбурга и Новороссийска, застраивать Йошкар-Олу; Симбирцеву — вести оборонительное строительство в Москве в 41 году, а после войны 15 лет восстанавливать разрушенный Сталинград. Его именем в городе даже назовут улицу. Но пока им обоим по 30 лет, и они рисуют для Чебоксар грандиозный проект, причем не просто одного здания, а целой площади, которая должна стать главной в городе.

У заслуженного архитектора Чувашии Радия Рахимова сохранилась копия того проекта: Дом советов предполагалось сделать полуциркульным. Справа и слева должны были располагаться театр и дом культуры, напротив - Дом Союзов, в центре площади установлена стела.

Это сейчас площадь Республики считается центром Чебоксар, а в начале 30-ых здесь была самая что ни на есть окраина. Дальше — только кладбище. Дом советов могли построить и внизу, в исторической части, где сейчас залив, но власти от этой идеи отказались сразу — по весне дома там подтапливались.

«Коммунисты могли снести все исторические здания и построить новые, но фактор затопления был решающим, - объясняет Рахимов. - В это же время разрабатывался генеральный план Чебоксар, первый после Октябрьской революции, и уже было известно, что близ города построят электростанцию. Предполагалось, что место размещения ГЭС будет ниже Чебоксар, что автоматически приводило к затоплению тех территорий».

По проектам Ильи Аввакумова в это время в Чебоксарах уже строились несколько общественных зданий. После революции в советской архитектуре господствовал конструктивизм, и Аввакумов работал исключительно в этом стиле.

Николай Муратов, директор Госцентра по охране памятников культурного наследия, полагает, что проект Дворца советов — монументальный, огромный, а Аввакумов хотел сделать солидное здание — был разработан в формах конструктивизма. «Здание полукруглое в плане, - говорит Муратов, - и, по-моему, там не было никаких элементов ордерной системы, лиственных элементов и прочих вещей — это конструктивизм, похоже».

В 34 году началось строительство центральной части Дворца советов. Говорят, что фундамент выкладывали из кирпичей разрушенной церкви в Ишаках. Вообще таких историй в стране много, когда храмы сносили, чтобы из этого камня построить общественные здания. Стройка была настолько сложной и важной для Чебоксар, что руководил ею лично нарком коммунального хозяйства Чувашии Александр Каплин. В архиве сохранилось его командировочное удостоверение. В июле 33 года Каплина направили в Москву, как сказано в документе: «для утверждения промзадания по строительству Дворца советов в Чебоксарах». Но стройка как началась, так и закончилась. В столице страны вдруг поняли, что воплотить в жизнь такой масштабный проект не получится: денег не хватит, хотя сдать Дворец советов предполагалось летом 35 года. На строительство были заложены 3 миллиона 300 тысяч рублей, но эти деньги выделены не были, и в 35 году стройку заморозили, хотя жители республики ждали, что к 15-летию государственности Чувашия получит свой дворец.

Еще в 34 году экспертный совет Наркомхоза России попросил Илью Аввакумова уменьшить объем дворца на 12 тысяч кубов, и архитектор переделал проект. Спустя год от него потребовали сократить еще 50 тысяч кубометров — больше половины здания. Более того, Аввакумов вдруг стал неугоден властям. Когда он понял, что от его первоначального проекта не останется почти ничего, решил уехать из Чебоксар.

Радий Рахимов находит объяснение такому шагу Аввакумова: «Сократить объем здания, сохранив это планировочное решение, было невозможно, поэтому пришлось полностью отказаться от проекта. Аввакумов уже не работал, в Чувашии некому было продолжить эту работу, и проект передали в мастерскую №10 исполкома Моссовета».

«А его работу — он же, не исходя из своего каприза, переделывал, его заставляли — признали вредительской, - добавляет Николай Муратов. - Мол, проект вредительский, поэтому мы не успели возвести Дом советов к 15-летию Чувашской автономии к 1935 году. А еще Аввакумова в Нижнем Новгороде арестовали как японского шпиона. Он внешне очень похож был на японца. И долго доказывал, что он чуваш, а не японец, работает архитектором в Чувашпроекте. Но после того, как проект признали вредительским, ему осталось одно: немедленно уехать из Чебоксар».

В Москве под руководством архитектора Михаила Базилевича появился новый проект: никакой подковы и круглого зала под куполом - здание стало П-образным. Зато смета строительства была сокращена ровно в два раза: с пяти с половиной миллионов рублей до 2 миллионов семисот тысяч. 35 год. Конструктивизм ушел, набирал силу классицизм, который потом назовут сталинским ампиром. И Дворец советов стал первым в Чебоксарах зданием, где элементы классицизма читались так ярко. Затраты на разработку первоначального проекта и обустройство прежнего фундамента пришлось списать — казна потеряла 508 тысяч рублей. В июне 37-го строительство начали заново. Как говорят историки, оно стало примером настоящего трудового героизма.

Владимир Ткаченко рассказывает, что здесь на стройке даже было устроено соцсоревнование - стахановское движение. В Советском Союзе были рекордсмены, которые умудрялись за смену уложить 40 тысяч штук кирпича. Профессиональные строители сейчас ставят такие цифры под сомнение, но здесь тоже удалось добиться феноменального результата — более 6 тысяч кирпичей за смену смог уложить каменщик Горбунов и вместе со своими помощниками.

На месте этих клумб были вырыты две огромные ямы, в которых гасили известь: кладку делали на известковом растворе. Дома выше двух-трех этажей в Чебоксарах не строили, а тут их четыре, в центральной части даже 5. Как поднимать кирпичи на такую высоту? Иван Куприянов, назначенный прорабом этой стройки, сам спроектировал 22-метровый деревянный шахтоподъемник, ленту транспортера соорудили из списанных пожарных рукавов, а раствор приспособились замешивать с помощью хлебозаводской тестомешалки. Первоначально предполагалось, что лестницы в Доме советов будут чугунными, как в купеческих особняках, но от этой идеи пришлось отказаться в пользу более дешевого варианта - мраморной крошки, смешанной с цементом. Такими же решили сделать и подоконники. Встал вопрос: как их отполировать? И приспособления лучше, чем рельс с приделанными к нему ручками, в 37 году не нашлось.

«Вот представьте себе, - говорит Владимир Ткаченко, - необходимо было изготовить 500 ступеней и 300 подоконников. Все их нужно было отполировать. Задача не из легких — те, кто знает, что такое цемент и мраморная крошка, меня поймут. Так вот поначалу эти бедные женщины вынуждены были в течение всего рабочего дня возить этим огромным рельсом по плитам, чтобы добиться их полировки».

Смотреть, как женщины мучаются, прораб Куприянов не смог. И за две недели он придумал электрический шлифовальный станок, который облегчил труд рабочих. «Не менее сложно было решить, где и когда лепить капители и другие архитектурные детали для наружного и внутреннего оформления,- писал Куприянов в своих воспоминаниях, - вербовщики отдела кадров даже ездили в Казань в поисках мастеров, но не нашли».

В опустевшем холле Дома Правительства Николай Муратов осматривает потолок, декор колонн и рассказывает, какие усилия понадобились, чтобы создать эти лепные элементы: «До этого всю лепнину делали приезжие мастера — на здании Нацбанка работали нижегородские и казанские мастера, руководил ими скульптор Овчинников из Нижнего Новгорода. А здесь все сделано руками местных мастеров. Лучшие штукатуры были отобраны. Они в течение 2-3 месяцев освоили эту технику: лепку, отливку — и вот реализовали».

На стройке не хватало не только мастеров и техники, но даже элементарных вещей — например, воды. Надо было выбирать: снабжать ею либо город, либо стройплощадку. Куприянов нашел выход.

«Здесь вырыли бассейн, обложили его кирпичом, сделали металлическую облицовку, - историк Владимир Ткаченко показывает рукой в сторону сквера на площади Республики. - Ночью, когда город спал, наполняли бассейн водой, а днем оттуда брали воду для строительства».

В 40 году — к 20-летию Чувашской автономии Дом Советов достроили. Демонстрации и митинги отныне начали проходить здесь. Ансамбль площади изменился. Разбили клумбы, посадили деревья, никакой монумент в центре так и не появился. Вместо него решили поставить памятник Ленину, сбоку от входа. Именно Ленин в 20 году подписал декрет об образовании Чувашской автономии, и к 40-летию этого события приурочили открытие монумента. Работали над ним в Москве, и принимала проект целая комиссия под руководством известного скульптора Владимира Лемпорта. Именно он поднял «чебоксарского» Ленина на постамент.

«Идея была такая: Ленин спускается из правительственного здания по ступенькам вниз, в народ, - вспоминает народный художник России Григорий Ястребенецкий. Именно он создавал памятник Ленину в Чебоксарах. – Членам комиссии понравилась идея, но Лемпорт вдруг сказал: «Поставим здесь под Лениным такое возвышение». Взял чернильницу со стола и водрузил на нее фигурку Ленина. Немножко идея наша пострадала, потому что вождь уже не шагал по ступеням вниз, а возвышался над толпой. Пришлось его остановить, а то он так стремительно двигался у нас, что казалось, будто Ленин вот-вот соскочит с пьедестала».

Пришлось «отодвинуть» памятник от Дома Советов. Ленин закрыл собой дорогу, ведущую к зданию. Кстати, эта площадь за один век сменила 4 названия: сначала она была Ярмарочной, потом Советской. Установили памятник — стала площадью Ленина. Свергли коммунистический режим — переименовали в площадь Республики. Где в 30-е годы задумывался открытый плац, в 60-е получился сквер. Предполагалось собрать здесь редкие и дорогие виды деревьев, и вдоль клумб посадили каштаны, туи, голубые ели. Есть даже пробковый дуб. Отличить его можно по коре: она мягкая, но в то же время упругая. Сохранились старые фотографии, где видно, что на этих клумбах сажали петунью и георгины, но в 60-е, когда первым секретарем Чувашского обкома партии работал Семен Ислюков, в городе появились розы. Это была селекция голландских роз, которые у нас прививали на шиповник.

30 лет - с 1964 по 1994 годы - коммунальным отделом Чебоксарского горисполкома заведовал Юрий Коваленко. В одном из своих старых интервью он вспомнил такую деталь: «До того времени, пока не началась перестройка, мы сумели посадить в городе 192 тысячи кустов роз. Но до того, чтобы посадить столько, сколько было жителей, не дошло, не получилось. Сажать в городе розы – это была идея Семена Матвеевича Ислюкова».

Ислюкова вообще называют человеком-эпохой: на протяжении 30 лет он занимал высшие руководящие посты: в 55-ом стал председателем Совета министров, в 85-ом ушел на пенсию с должности председателя Президиума Верховного совета республики. И уже будучи пенсионером успел поработать в трех созывах Верховного совета РСФСР. А в доме правительства Чувашии прошли почти 45 лет его жизни.

Анатолий Борцов, бывший заведующий отделом организации партийной работы Чувашского обкома КПСС, хорошо помнит то время: «Когда Ислюков был руководителем, были построены все крупные предприятия не только в Чебоксарах, но и в Алатыре, Шумерле, Канаше. А город Новочебоксарск фактически был его детищем. Маленький спутник столицы стал вторым городом в республике, большим культурным центром. Историки говорят, что на каждый народ за век таких видны, мудрых деятелей приходится один или два человека. Вот я считаю, что за последние полвека в нашей республике таким патриархом, таким мудрецом был Ислюков».

Это было время настоящего расцвета. В 58-ом число жителей Чебоксар перевалило за сто тысяч, а потом каждое десятилетие — вплоть до начала девяностых - прибавляло еще по сто. При Семене Ислюкове — в 70 году — в Чебоксарах начали возводить пристрой к Дому советов, обращенный фасадом на улицу Урицкого. Старое здание оказалось тесным.

«Если бы удалось реализовать тот первоначальный грандиозный план, очевидно, со временем не понадобилось бы возводить здание пристроя, а потом и здание, которое находится на Президентском бульваре», - считает историк Владимир Ткаченко.

Эпоху Семена Ислюкова хорошо помнит Николай Зайцев, бывший председатель Совета министров республики, хотя поработать вместе им не довелось. Кабинет премьера на втором этаже этого здания Николай Архипович занял в 89 году. Время ему выпало сложное: в 91-ом развалился Советский Союз, сменилась власть, страна в одночасье стала другой.

Николай Зайцев, председатель Совета министров Чувашской АССР с 1989 по 1992 годы, вспоминает те тяжелые дни: «В таком виде август 91- я считаю, был совершенно не нужен. Планы нашего правительства это сорвало. У нас был план перехода республики на рыночные отношения. Должны были переходить на новые условия хозяйствования по прямой договоренности с Советом министров РСФСР. Это у нас все получалось, все просчитали. Республика была мощно развитой, сбалансированный бюджет был, даже оставалось в запасе порядка 10% свободных финансов. А уже совсем другое правительство, другие подходы. Все было разрушено. И пошло одностороннее развитие по указанию сверху. Разрушили все то, что хороший доход давало».

В начале 90-ых Дом советов переименовали в Дом правительства, а в 2011 году старое здание опустело. Памятник федерального значения закрыли на реконструкцию. Его внешний облик будет полностью сохранен, а вот деревянные перекрытия, перегородки и крышу придется менять. Проект капитального ремонта здания архитекторы разработали еще в 94 году.

«Надо отдать должное институту «Чувашгражданпроект», что они восприняли как должное все наши замечания и современные требования законодательства, - говорит директор Госцентра по охране памятников культурного наследия Николай Муратов. - Множество раз мы собирались, рассматривали эскизы. Я считаю, что сделан интересный, деликатный проект, который абсолютно не исказит здание-памятник, которому в этом году исполнилось 75 лет».


все выпуски »